Продолжаем подводить итоги работы второго правительства Юлии Тимошенко (2007-2010). Вслед за МВД, Минтруда и Минобразования в объективной оценке нуждается Государственный комитет по делам национальностей и религий. Его руководителя – Юрия Решетникова – пока что решила не менять. О том, изменится ли политика государства в отношении религиозных и национальных меньшинств Юрий Евгениевич рассказал RUpor`у. Перед началом интервью он сразу «расставил точки над I», отметив, что «правительства меняются, а Комитет остается».

Что за три прошлых года успел сделать Комитет в Украине, каковы его самые крупные достижения?

Деятельность Комитета довольно трудно измеряется в каких-то количественных показателях. Поскольку она направлена на содействие общественно важной деятельности церковных и религиозных организаций с одной стороны, с другой - на защиту прав и свобод граждан. Речь идет как о свободе совести, так и о праве на национальную идентификацию в различных сферах общественной жизни. И также помощь в обустройстве и расселении бывших депортированных по национальному признаку и предоставление статуса беженца тем, которые в силу разных причин ищут убежища в Украине. Собственно, всеми этими направлениями как раз и занимался Комитет, в частности и в последние три года. На мой взгляд, сделано много в том смысле, что в пределах имеющихся возможностей, в том числе и финансовых, Комитет довольно эффективно выполнял поставленную перед ним задачу. Свидетельство этому положительная оценка нашей деятельности как со стороны религиозного сообщества, так и со стороны общественных организаций национальных меньшинств.

Каким образом повлиял Кризис на деятельность Комитета?

Самым непосредственным образом. Особенно там, где мы говорим о реализации мероприятий, направленных на соблюдение Европейской хартии региональных языков и языков меньшинств. Там, где мы говорим о государственной поддержке национальных общин по сохранению их культуры, языка, национальной самобытности. Безусловно, это требует определенных финансовых средств. Очевидно, что в условиях финансового кризиса и финансирования Комитета по этим программам сокращено, что ограничивало наши возможности в реализации тех программ, за которые мы отвечаем. То же касается и вопроса обустройства бывших депортированных, - прежде всего, это крымские татары. Поэтому здесь последствия экономического кризиса мы почувствовали, поскольку нам значительно сократили финансирование.

Есть какие-то позитивные сдвиги с новым бюджетом?

Собственно, сегодня еще нет нового бюджета, поэтому, скажем так, мы можем лишь говорить о предложениях Комитета. Безусловно, что они значительно больше, чем это было предусмотрено, например, в прошлом году. Надеемся, что они будут учтены, но одновременно мы являемся реалистами в том смысле, что, понимая важность тех вопросов, которыми занимаемся, также, как государственные служащие, мы осознаем, что реализация этих программ неотделима от общей ситуации, в том числе экономического кризиса. Поэтому очевидно, что у Министерства финансов впереди довольно сложная работа - учесть все предложения, в том числе от нашего Комитета, и выйти на сбалансированный проект государственного бюджета Украины.

Понятно. Были ли какие-либо просчеты в деятельности Комитета за последние три года, по Вашему мнению?

 Собственно, я бы не стал оценивать просчеты. Потому что, опять же, исхожу из того, что нашу деятельность лучше оценивают те группы, депортированные, малые национальности и религиозные организации, с которыми мы работаем. Поэтому, если есть какая критика с их стороны - соответственно можно о чем-то говорить. Но с нашей стороны скажу о том, что мы пытались качественно выполнять то, что должны и способны выполнять в условиях соответствующего бюджетного финансирования.

Какова статистика сейчас по приросту религиозных организаций?

На 1 января 2010 года в Украине зарегистрировано 35184 религиозных организации. Если брать по сравнению с прошлым годом, то прирост - 719 религиозных организаций. Примерно такая же цифра наблюдается по сравнению 2009-го с 2008 годом.

Ориентировочно такая же. В пределах 600-700.

Самый большой прирост дают православные церкви.

 Самый большой прирост фиксируется собственно увеличением количества религиозных общин.

То есть церковь построилось, и дала начало общине?

Пожалуй, сначала возникает религиозная община, которая затем строит храм.

А какой Патриархат прирастает больше всего?

Больше всего, по нашей информации, это касается Украинской Православной Церкви.

Как Вы оцениваете рост протестантских церквей?

 На сегодня, если сравнивать с концом 90-х и, скажем, началом 2000-х, этот прирост значительно сократился. Если мы говорим о последнем годе, то все протестантские объединения дали прирост в 150 религиозных организаций. При том, что когда мы говорим о православных, опять же, всех православных церквях в Украине, то это 410. То есть сравнение достаточно красноречивое.

Собственно, это вопрос, наверное, руководителям протестантских союзов. Чем это обусловлено? Мне кажется, что это обусловлено тем, что, во-первых, мы можем констатировать действительно реальное возрождение церкви в Украине. И, более того, по некоторым показателям, церковь не только восстановила свои позиции, но и качественно их увеличила. Во-вторых, очевидно, что есть традиционная ментальность нашего общества, определенная традиционная религиозная культура. Поэтому все это влияет на динамику роста той или иной конфессии.

Чем обусловлен был такой взрыв роста протестантских церквей в 90-х годах?

В 90-е годы возможно протестантские церкви в силу некоторых причин вошли более подготовленными, более социально мобильными, скажем, более направленными на евангелизацию по сравнению с другими церквами. Ну, и я не стал бы снимать вопрос финансовой обеспеченности. Но на сегодня, очевидно, что возможности различных религиозных сообществ с одной стороны выровнялись, а с другой стороны очевидно, что и православные церкви делают значительный акцент именно на миссионерской деятельности, в том числе даже используя положительный опыт протестантов.

Переняли ли протестантские церкви что-то из положительного опыта православных?

Я думаю, что протестантские церкви в Украине, так или иначе, онтологически происходят именно из православной церкви. То есть очевидно, что какое-то взаимное заимствование является абсолютно логичным.

Почему существуют религиозные организации, которые не хотят регистрироваться? С чем это связано?

Собственно, они всегда существовали. Некоторые религиозные организации считают по своим каноническим предписаниям невозможным для себя получение государственной регистрации. Это их право, и на сегодня Закон Украины «О свободе совести и религиозных организациях» позволяет религиозным общинам существовать без государственной регистрации. Я думаю, что подобные факты есть в любой традиции.

Были ли случаи лишения регистрации той или иной религиозной организации?

Парадокс украинского законодательства, и это касается не только религиозных организаций, что гораздо проще зарегистрироваться, чем потом или самому сняться с регистрации или лишить кого-то ее. Мы можем говорить о том, что на сегодня нашими структурными подразделениями в отношении некоторых религиозных общин поднимается вопрос отмены их регистрации. Но всё это проходит через судебную процедуру и это довольно длинная, я бы сказал, процедура.

Что касается Свидетелей Иеговы. Меня иногда удивляет, почему к ним такое пристальное внимание. Когда мы говорим о лишении регистрации, то исключительным основанием для этого является нарушение законодательства. Сначала идет нарушение действующего законодательства со стороны религиозной организации, а затем идет соответствующая реакция. Насколько мне известно, каких-то доказанных примеров нарушения действующего законодательства со стороны религиозной организации Свидетелей Иеговы не существует.

Смогут ли, наконец, религиозные организации организовывать свои школы?

Вопрос не к нам, вопрос к Верховной Раде Украины. Поскольку сейчас там зарегистрирован уже третий законопроект соответствующей направленности, остается только надеяться на понимание этого вопроса со стороны народных депутатов. Мы поддерживаем целесообразность принятия этого закона.

Какая сейчас ситуация с изменениями в Закон «О свободе совести и религиозных организациях»?

Опять же, этот скандал (относительно законопроекта № 5473, - Прим. Авт.) был вызван соответствующими законодательными инициативами со стороны отдельных народных депутатов. Насколько мы видим, часть депутатского корпуса проявляет интерес к религиозной сфере, в частности время от времени внося определенные законодательные инициативы относительно изменений в Закон Украины «О свободе совести и религиозных организациях». Очевидно, что такая динамика, вероятно, сохранится и в ближайший период. Что касается собственно Комитета, то с одной стороны это является известным фактом, что Комитетом совместно с религиозными организациями подготовлен новый вариант Закона Украины «О свободе совести и религиозных организациях». Но по просьбе и исходя из позиции Всеукраинского Совета Церквей и религиозных организаций на сегодня этот законопроект не подается на рассмотрение даже в Кабинет Министров Украины.

Если мы говорим о ВСЦиРО и о деятельности Комитета, то речь идет о том, что позиция ВСЦиРО, который сегодня представляет 95% религиозной сети Украины, такова, что сначала должна быть принята «Концепция развития государственно-церковных отношений». А уже после этого начнется конкретная реализация Концепции. И то и другое подготовлено. Собственно время их внесения на рассмотрение зависит от ВСЦиРО.

Концепция была готова еще в 2004 году?

Она была готова еще в декабре 2003 года. После того её несколько раз дорабатывали.

На днях Госдеп США выразил свою точку зрения относительно состояния свободы в мире, в том числе в Украине. Вы знакомы с его выводами?

Безусловно. Госдепартамент США ежегодно издает подобный отчет, поскольку это часть его работы. И традиционно у Украины довольно неплохое место в этом отчете.

Там были определенные замечания. Вы считаете их справедливыми?

Замечания, безусловно, могут быть, поскольку мы говорим о реальной жизни. Скажем, оценка замечаний, трактовок той или иной ситуации может быть разной Что, собственно, не исключает право Госдепартамента, или экспертов, которые работают с Госдепартаментом, давать свою оценку.

Сколько человек въехало в страну на постоянное жительство?

Собственно, это вопрос к Госпогранслужбе. Мы говорим о тех, которые подали заявки на получение статуса беженца и которым он был предоставлен. Если говорим о прошлом годе, то заявлений таких было 1255, из них 125 человек получили статус беженца. В то же время могу заметить, что у нас около 500 дел находится на рассмотрении, но, начиная с июля прошлого года, в Украине не существует ни одного органа, который может предоставить или отказать ищущим убежища в предоставлении статуса беженца.

Потому, что были приняты некоторые решения, которые практически заблокировали выполнение закона Украины «О беженцах».

Безусловно! Это вызывает беспокойство и в Украине, и в международных организациях.

И это должно измениться в этом году?

Мы надеемся, что это изменится к лучшему, потому, что очевидно речь идет о международном имидже Украины.

Понятно. Какова динамика получения статуса беженца в 2007-2009?

В 2007-м статус беженца получили 33 человека, но здесь надо тоже заметить, что речь идет о периоде «ноябрь – декабрь», когда эти полномочия были предоставлены Комитету. В 2008 году - 126 человек.

Сколько политических, экономических и религиозных беженцев в Украине?

Мы не выделяем эти группы. То есть принимается комплексное решение ...

Наибольшее число беженцев из стран Азии и Африки.

По Вашим данным, сколько в Украине иностранных студентов?

Если мы говорим об иностранных студентах, въезжающих по студенческим визам, то этой информацией владеет Министерство образования, которое собственно уполномочено выдавать студенческую визу, или ГПС, которая пропускает людей на территорию Украины.

И сколько украинцев отказалось от украинского гражданства?

Этими вопросами занимается Служба по делам гражданства. Могу сказать, что из числа беженцев, то есть тех, с кем мы работаем, на протяжении 2007-2009 годов, статус гражданина Украины получило порядка 180 человек.

Какова процедура получения статуса беженца в Украине и отличается ли она от процедуры в странах ЕС?

Собственно, это часть взятых на себя обязательств Украиной, то есть мы стараемся учитывать европейский опыт. Человек обращается к территориальным нашим подразделениям с заявлением о желании получить статус беженца и подаёт соответствующие документы. С ним и документами проводится соответствующая работа.

Какова ситуация сейчас с реадмиссией?

Она вступила в силу. На сегодня Украина ратифицирует отдельные договоры.

В планах Комитета в направлении миграции - как минимум разблокировать выполнение закона «О беженцах».

 Результат попытки создания Государственной миграционной службы. Она с одной стороны создана, но некоторые решения, на наш взгляд, были не совсем правильны. Если мы говорим концептуально, собственно то, как оно должно быть в идеале, то это не только функции Комитета. Это функции многих ведомств, это функции Комитета в данной части, функции МВД и Министерства труда и социальной политики и так далее. То есть это действительно такой орган, который должен заниматься процессами миграции как в Украине, так и украинцев заграницей. То есть это не только беженцы. Поэтому мы солидарны с нашими экспертами и коллегами из других ведомств, что сначала должна формироваться соответствующая законодательная база. На сегодня в Верховной Раде в первом чтении принят проект Закона Украины «О Концепции миграционной политики», который, на наш взгляд, является достаточно комплексным, который действительно учитывает соответствующие позиции как в отношении иностранных граждан в Украине, так и наших граждан за рубежом. Соответственно алгоритм должен заключаться в том, что должна быть принята эта Концепция, тогда на ее основании и в соответствии с ней приниматься закон «О Государственной миграционной службе» и соответственно на его основании организовываться сама ГМС.

А что касается религиозной составляющей вашей деятельности на 2010-й год?

 Ну, во-первых, мы надеемся и будем делать все для того, чтобы ускорить темпы реституции бывшего церковного имущества и улучшить уровень сотрудничества между государством и церковью в различных сферах. С другой стороны, мы планируем, если будет увеличено государственное финансирование, активизировать процессы научного осмысления процессов в сфере государственно-церковных отношений, а, следовательно, проведение научных конференций, круглых столов, соответствующих мониторингов, социологических исследований и т.д.