Жители города Междуреченска Кемеровской области РФ, где взорвалась шахта «Распадская», перешли к активным формам акций протеста. Сначала у здания администрации прошел митинг. А затем, как передает «Эхо Москвы», около двухсот человек перекрыли железную дорогу Новокузнецк — Абакан. К вечеру это вылилось в жесткое противостояние с нургалиевским ОМОНом.

Протестующие потребовали, чтобы к ним вышел мэр Междуреченска и начальник «Распадской».

Некоторые требуют, чтобы в город приехал премьер Владимир Путин.

Среди двухсот человек в основном молодые люди, но в толпе есть девушки и даже дети.

По последним данным, несмотря на призывы мэра Междуреченска Сергея Щербакова разблокировать магистраль, участники акции протеста продолжают оставаться на путях. Они обнимались и жгли поминальные свечи прямо на рельсах. На место были стянуты подразделения ОМОН. Уже произошло несколько стычек.

ОМОН действовал жестко: несколько десятков людей волокли за руки и за ноги.

Оставшиеся члены шахтерских семей устроили пожар на путях, они разожгли кусты и ящики, которые стянули на рельсы. Поезда с обеих сторон встали.

По сообщению «Комсомольской правды», ОМОН вытеснял людей с железнодорожных путей при помощи щитов. Шахтеры, поняв, что сдают позиции, начали кидать в них камни.

Как передает NEWSru.com со ссылкой на жителей Междуреченска, стало известно, что, опасаясь протестных настроений, власти на этой неделе свозили в город усиленные подразделения ОМОН из других регионов.

Большинство российских официальных агентств полностью игнорируют вечерние события в Междуреченске, рассказав лишь о предшествующем им митинге.

Напомним, что шахта «Распадская» с интервалом в три часа дважды взорвалась на Девятомай 2010 года. Погибло и пропало без вести около 100 человек.

При этом предполагаемый диверсант успешно покинул место трагедии, констатируют чекисты.

Утром 13 мая ФСБ изъяла списки раненых при взрыве в шахте, сообщает LifeNews.

Как рассказал 12 мая сотрудник медперсонала, привлекавшегося для оказания первой помощи, всех удивил один из пострадавших. «Тогда мы записывали всех по именам, откуда, на каком участке работали, — рассказывает врач. — Но один из тех, кому уже обработали раны, не стал отвечать на вопросы и спешно покинул здание. Он сделал вид, что вышел на минутку, но так и не вернулся».