Свидетель убийства Столыпина снял первый украинский звуковой фильм

14 апреля – в этот день родился Иван Кавалеридзе (1887-1978), выдающийся украинский скульптор, кинорежиссер, драматург.

Кавалеридзе - фигура уникальная, можно даже сказать, ренессансная, ведь он был, подобно создателям эпохи Возрождения человеком универсальным, специалистом во многих областях. Он был режиссером Одесской, Киевской киностудий художественных фильмов, где поставил преимущественно по собственным сценариям, кинокартины: «Ливень», «Перекоп», «Колиивщина», «Прометей», «Наталка Полтавка» (первый украинский звуковой фильм), «Запорожец за Дунаем», «Гулящая», «Стожары».

Он является автором пьес, которые шли в театрах страны; памятников княгине Ольге в Киеве, Шевченко в Полтаве, Сумах (не сохранился) и Ромнах, Григорию Сковороде в Лохвице и Киеве. По его проекту в 1992 году в Харькове воздвигнут памятник Григорию Сковороде, 1996 - памятник Ярославу Мудрому в Киеве.

Кавалеридзе был художником впечатляющего диапазона. Мог с гениальностью воплотить в жизнь любой замысел - в кино или в слове или в скульптуре. Искусство Кавалеридзе лишено пошлости, фальши, оно не банальное по одной простой причине: помимо своего бесспорного таланта, данного ему Богом и родителями, Кавалеридзе всегда был настоящим, оставался самим собой при любых обстоятельствах. Его формула была предельно ясна: в искусстве половина успеха зависит от того, насколько ты человек.

"Івана Кавалерідзе цінують як геніального кінорежисера, він починав працювати під час смеркання німого кінематографа. Він навчався в Парижі у Н. Аронсона, бачив убивство Столипіна, ліпив бюст Шаляпіна, дивом уникнув нацистських і більшовицьких репресій, в гості до нього ходили молоді Сергій Параджанов, Леонід Осика й Тетяна Яблонська…", – пишет в своем Facebook известный политик Игорь Шаров.

Судьба у Кавалеридзе была чрезвычайно интересной, но и тяжелой одновременно. Он пережил столько, что хватило бы не на один роман и не на один сериал. Видел царя Николая II (впервые в Киевской опере во время убийства Столыпина, во второй раз - в 1917, когда командовал запасным батальоном стрелкового полка и отвечал за охрану арестованного царя и его семьи), лепил Шаляпина, дружил (во время учебы в Париже) с семьей Ильи Мечникова (жена биолога - Ольга бывшая киевлянка, сестра известного киевского врача Белокопытного). Его могли расстрелять гитлеровцы, или большевики - так же, как они расстреляли в 1938 его тестя, писателя Филиппа Капельгородского, о чем семья узнала только в конце 1950-х годов... Он испытывал давление со стороны официальной власти, которая не понимала его искусства и панически боялась, «как бы чего не вышло».